Воскресенье, 18.08.2019, 19:01
Приветствую Вас Гость | RSS
АВТОРЫ
Михайлова Татьяна [15]
Михайлова Татьяна
Форма входа
Логин:
Пароль:
Поиск
 
Мини-чат
Статистика

Онлайн всего: 6
Гостей: 5
Пользователей: 1
Игорь-89258652789
Корзина
Ваша корзина пуста
© 2012-2019 Литературный сайт Игоря Нерлина. Все права на произведения принадлежат их авторам.

Литературное издательство Нерлина

Литературное издательство

Главная » Произведения » Михайлова Татьяна » Михайлова Татьяна

ЛЮБОВЬ СПАСЕТ ВСЕЛЕННУЮ: "НЕЗЕМНОЙ АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ" глава 1

ЛЮБОВЬ СПАСЕТ ВСЕЛЕННУЮ:

***

" НЕЗЕМНОЙ АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ "

 

 

Вселенная как бездна,

Ее нам не познать.

Но все же интересна,

И тянет открывать.

 

Живут ли там другие,

Такие же, как мы?

Или они иные,

Враждебны ли они?

 

 

Пролог

 

На дворе стоял жаркий летний денек. Полуденное солнце, проникнув лучами в комнату через окно, озаряло помещение ярким светом. В углу около дивана, тихонько посапывая, спал трехмесячный щенок породы бульмастиф. Я с детьми сидела за обеденным столом, стоящем по середине огромного белоснежного зала, на стенах которого висело много красочных замысловатых картин таинственного художника. После трапезы намечался очень долгий и серьезный разговор. Пообедав, молодежь сразу хотела разбежаться по своим делам.

— Не торопитесь, сегодня у вас наверно не получится пойти гулять, – попросила я их остаться.

— Почему, мам? – спросили дети хором, удивлено переглядываясь.

— Вам уже исполнилось обоим по четырнадцать лет, вы стали достаточно самостоятельными и более ответственными. Пришла пора поведать вам всю историю.

— Истории нам и в школе хватает, – отшучивались дети.

В подростковом возрасте не особо нравится разговаривать со взрослыми, считая каждый разговор поучительным. Куда интересней общаться с друзьями, нежели с родителями. Я это прекрасно понимала, ведь когда-то тоже воспринимала мамины разговоры как нравоучения. Однако предстоящий разговор не был поучительным. Я даже слегка боялась его начинать, не зная, как дети воспримут такие новости, или может вообще посчитают меня выжившей из ума.

— Вы раньше часто задавали вопросы про установленные мной и вашим отцом табу. Хочу открыть эту тайну.

— Тайну? Это уже интересней!

Мы никогда не рассказывали детям об их появлении на свет, не водили к врачам, и запрещали об этом рассказывать кому-либо, даже своим самым лучшим друзьям. Им запрет не нравился, но все-таки они поступали по правилам, воспринимая информацию как военную тайну.

— То, что я расскажу сейчас – очень серьезно, серьезнее того, что вы скрывали все эти годы от своих знакомых. На карту поставлены наши жизни, и за пределы этих стен тайна никогда не должна выйти, – объясняла я всю опасность положения.

Дети уже привыкли к такой скрытности и частым отъездам родителей, оставаясь на воспитание у тети с дядей, поэтому узнать все подробности им очень хотелось. Они устроились поудобнее на диване и приготовились внимательно меня выслушать.

— Речь пойдет об инопланетных вторжениях.

— Марсиан, что ли? – шутливо спросил сын.

— Нет, на Марсе нет разумной жизни, речь о далекой пла….

— Мам, ты что, комиксов на ночь начиталась? – возмущенно перебила меня дочь.

— Выслушайте пожалуйста все, от начала до конца, не перебивая. Потом я отвечу на ваши вопросы, если таковые возникнут, – строго попросила я, и дети одновременно кивнули, соглашаясь с требованием матери. — Начну издалека, даже до того, как мы познакомились с вашим отцом…

 

 

Глава первая.

" ЧТО-ТО УПАЛО В ЛЕСУ "

 

В то время я училась на ветеринарном факультете сельскохозяйственного института в небольшом областном центре, расположенном в центральном регионе России, недалеко от реки Волга.

Город Иваново сравнительно небольшой, однако достаточно оживленный и шумный. Местные жители иногда обзывали его – большая деревня, и это лишь от непонимания. Если сравнить Иваново с такими городами как Москва, Ярославль, Владимир – возможно и так прозвать. Но если учесть, что из этих больших городов, и даже из-за границы, в Иваново приезжали учиться студенты, то прозвище для города не подходит никак.

Лично мне пребывать в этом городе нравилось, проживая у доброй, гостеприимной двоюродной сестры Марины. На выходные и летние каникулы я уезжала за семьдесят километров по трассе к себе домой, в родное село. Оно в свою очередь располагалось в десяти километрах от маленького районного городка. Их названия не столь важны, ведь речь идет не о географическом расположении городов и деревень, но рассказать о местности все же немного стоит.

Наше село безошибочно можно назвать захолустьем, с множеством заброшенных частных домов. Лишь на окраине стояло всего четыре панельных двухэтажных двухподъездных дома, расположенных буквой "Г", в одном из которых и жили мои родители. В нашей сельской школе можно было выучиться только до девятого класса, а дальше либо в техникум, либо в ПТУ, поэтому старшие классы пришлось заканчивать в районной школе. Тогда-то мне и купили скутер. Отец просто не мог возить меня каждый раз на своей машине (старенькие "Жигули" шестой модели), а рейсовый автобус ходил к нам через день. Молодежь старалась перебраться в центр. В селе оставались только самые стойкие. Остальные, как и я, приезжали сюда к своим родственникам.

Но все эти проблемы практически любой деревни, никак не сказывались на моей любви к родному дому. Меня тянуло сюда как магнитом. Этот чистейший воздух, лес, пруды с их цветущими кувшинками – никакой городской суеты. Еще здесь меня ждала моя любимая девочка Джесси – собака породы Бульмастиф. Я не могла брать ее с собой в город, так как у племянника была аллергия на шерсть домашних животных.

Уезжая на учебу, Джесси скучала без меня от выходного до выходного. Лето для нее было огромным праздником. Она целыми днями ходила со мной, куда бы я не пошла, кроме дискотек и поездок в район по делам или к одноклассникам. Подруги боялись мою собаку как огня.

«Такая громадина!» – говорили они.

Джесси, хоть ей исполнилось всего три года, была очень крупной и весила девяносто килограмм, а ее скулы, если посмотреть на них снизу, были похожи на скулы крокодила, вызывая у всех ужас. Я же была без ума от своей питомицы: доброй, умной и очень спокойной на людях. На улице она ни разу ни на кого не огрызнулась, если только на птичек и кошек.

«Не люблю мелочь!» – такое выражение было на ее морде, когда она, устав от погони за кошкой, возвращалась обратно ко мне. Даже дома она не лаяла без надобности. Если кто-то стучал в дверь, она настороженно стояла рядом, тихонько буркая и принюхиваясь. Но когда домой заходили гости, она вела себя как охранник-вышибала, молча и серьезно следя за каждым жестом посторонних.

 

Родители иногда отвозили меня на учебу на машине, чтобы помочь доставить в город побольше деревенских вкусностей, заготовленных мамой на зиму.

Однажды, когда я училась уже на втором курсе, такая их поездка оказалась катастрофой. Слава Богу, моего родного младшего братца с ними в тот день не оказалось – он отдыхал в санатории.

Возвращаясь домой, мама с папой попали в серьезную аварию. Отец чудом остался невредим, отделавшись легкими ушибами и ссадинами. Маме же не повезло! Ее повреждения оказались серьезнее некуда. Она ни только не чувствовала своих ног, но даже не могла сидеть. Врачи сказали, что это на всю оставшуюся жизнь, и одному Богу известно, сколько она продлится.

Я решила бросить учебу и вернуться домой, чтобы помогать отцу по хозяйству, но мама настояла на обратном. Она мной гордилась: «ветеринарный врач в семье!» Я просто не имела права так поступать и не стала ей перечить.

Отцу можно было поставить памятник еще при жизни. Он целыми днями ухаживал за мамой и домом, а также воспитывал моего брата–шалопая. Это было тяжело. Не каждый мужчина сможет выдержать такое. Другой давно бы всех бросил, но не наш отец – он с мамы пылинки сдувал.

 

Окончив третий курс, мне тогда уже было девятнадцать лет, я как обычно приехала домой на лето. Брату Игорю исполнилось всего тринадцать, а он уже был на полголовы выше меня ростом, слишком рано повзрослевшим на лицо, с белокурыми волосами подстриженными под полубокс. Девчонки с ума по нему сходили, а он их не замечал, или старался не замечать, чтобы друзья над ним не прикалывались. Даже в таком возрасте он все еще был обычным сорванцом, шкодничая как все деревенские мальчишки. Я просто была в ужасе от его проделок! Если бы брат рос со мной в городе, то вел бы себя немного посерьезнее, может даже с девочками встречаться начал. Но здесь, в селе, он с друзьями шарил по чужим огородам, придумывал разные пакости соседям: то газету в почтовом ящике подожжет, то дохлую крысу под дверь подбросит. Будучи неуправляемым он меня совсем не слушался, боялся только отца, которому в силу своей занятости часто было не до сына, да и не до меня тоже.

 

16 июля 2010 год! Никогда не забуду эту дату! Именно этот день перевернул всю мою жизнь. Я собиралась в лес за ягодами. Надела старый голубой спортивный костюм, волосы запрятала под джинсовую бейсболку, натянув ее почти на глаза чтобы не насобирать клещей, и сняла поводок с крючка. От звона цепи собака Джесси тут же вынырнула из комнаты и стала радостно крутиться возле меня, зная, что ее берут гулять. Осталось выяснить – куда? Обнюхав меня со всех сторон, она заострила внимание на резиновых полусапожках и еще веселей замахала хвостом. Их я надевала только в лес, они пропахли им, и запах говорил Джесси, что прогулка будет незабываемой.

До сечи, где росло много лесной земляники, можно было добраться двумя путями: первый – пойти в обход по старой поросшей травой дороге, по которой раньше вывозили спиленные стволы деревьев; второй путь вел напрямую через лес, с болотинами, канавами и буреломами. Его я и выбрала – сложный, но короткий.

От дома до леса мы шли полем. Джесси легкой трусцой бегала рядом, иногда что-то вынюхивая в траве, но когда мы с ней вошли в лес, ее спокойствие сменилось безумием. Она резвилась и носилась как огромный валун меж деревьев, умело уворачиваясь от каждого ствола и сучка. Было такое ощущение, что Джесси врежется в одно из них, но она даже лапы не наколола. Наблюдать за ней без смеха было невозможно.

Добравшись до сечи, собака угомонилась и стала спокойно бродить, обнюхивая каждый пенек, словно носиться как сумасшедшая на открытом пространстве ее не привлекало.

На старой вырубке стоял благоуханный аромат от полевых цветов, с примесью ноток земляники. Прежде чем приступить к сбору ягод, я несколько минут упивалась этими запахами, затем не спеша, стала складывать в корзинку спелые красные земляничины, которые часто скрывались в глубине зелени. В траве притаились не только ягоды. От полуденного солнца там прятались то жучки, то лягушки, то ящерки. Было интересно наблюдать, как эти лесные существа убегали, когда нечаянно тревожили их покой. Еще я не упускала возможность запечатлеть на камеру телефона какую-нибудь красивую бабочку или огромную стрекозу, приземлившуюся на ближайший распустившийся цветок. Лишь надоедливые оводы мешали расслабиться, отвлекая от красот природы своим частым жужжанием вокруг меня.

Набрав полную корзинку, а на это ушел почти весь день, мы с Джесси прошли обратно через лес и вышли в поле засаженное горохом. Уже вечерело. Вдали еле-еле виднелось родное село. От усталости я присела на колени и стала жадно есть еще не спелые стручки гороха, стараясь так утолить жажду, потому что вода взятая с собой давно закончилась. Джесси играючи повалила меня на землю, и мы стали кататься с ней по полю. Я хохотала, а она легонько, не делая больно хозяйке, хватала меня за руки своей огромной пастью.

Вымяв обширную площадку, я усмехнулась, оглядываясь вокруг:

— Видел бы нас сейчас агроном, точно всадил бы соли из ружья.

Джесси стояла рядом, тяжело дыша и ожидая продолжения игры. Ее огромный как лопата язык болтался сбоку нижней челюсти, а слюни висели длинными жгутами чуть ли не до самой груди.

— Фу, Джеська, ты такая слюнявая! – засмеялась я, вытирая собаке морду. У ее породы такие слюни были обычным делом. Приходилось всегда носить с собой огромный платок, чтобы вовремя их убрать, а то от них оставались неприятные пятна на одежде.

Вдруг что-то просвистело над головой. Я вскинула глаза вверх. Нечто огромное и черное пронеслось по небу и упало в лесу так быстро, что даже невозможно было определить его форму. Однако на самолет он явно не смахивал. От удара земля под ногами задрожала. Я замерла от страха и неожиданности, но ожидаемого грохота так и не последовало. Лишь клубы грязи, щепок и листвы поднялись над верхушками деревьев, и это длилось всего мгновение, потом весь мусор осел, как будто его засосало обратно вакуумом.

«Что же это могло быть? Если бы это был самолет, то был бы виден или слышен взрыв. Если бы это упал астероид, то меня бы давно снесло ударной волной, ведь его падение произошло совсем близко», – вертелись версии в голове.

Не понимая что случилось и очень испугавшись, я схватила корзинку и со всех ног ринулась по полю к дому, даже ни разу не оглянувшись. Отдышалась я, только когда достигла первого дома на окраине села. Посмотрев на лес, за которым виднелись остатки багрового заката, я ничего необычного не заметила. Мое сердце колотилось как огромный барабан.

— Что это было? – спросила я в слух не то себя, не то Джесси, она смотрела на меня растерянным взглядом и тяжело дышала.

Услышав смех за спиной, я повернулась. Возле ближайшего дома стоял мой брат в кругу своих друзей. Ребята весело смеялись и явно надо мной.

— Иришка, тебя кто так напугал, волки что ли? – спросил Игорь сквозь смех. — Ты как сумасшедшая бежала по полю. Мы так хохотали, что до сих пор успокоиться не можем. Вот ты нас рассмешила!

— Вы меня видели? – спросила я в надежде, что не сошла с ума.

— Да.

— А что-нибудь еще видели в лесу или в небе?

— Нет. А что?

— Да так, ничего, – ответила я, стараясь выразить спокойствие и не желая никого пугать. Вдруг это был просто мой "глюк", но все-таки такой реальный.

— Что-то случилось? – спросил Игорь уже настороженно.

— Просто торопилась домой.

— А вид был как у ошпаренного цыпленка, – он снова засмеялся как ребенок.

Меня начали немного раздражать его насмешки.

— Не говори ерунды, ты же не хочешь мне помогать. Только гуляешь целыми днями с друзьями. Хоть раз бы со мной в лес сходил, – упрекнула я брата.

— Вот еще! – съязвил он в ответ. — Я не такой дурак, чтобы вкалывать как ты.

Такая реплика заставила меня закипеть от злости:

«Значит то, что я делаю для него и для всех нас, это просто от дурости? Что же он будет делать, когда я не смогу приехать на лето, или когда у меня появится своя семья?».

Надо было как-то приучать брата к труду, но мама вечно его жалела, твердя:

«Он совсем еще ребенок и трудности познать еще успеет».

Игорь все знал и пользовался этим на полную катушку, не забывая меня подстегивать.

— А варенье и компоты зимой уписываешь так, что за уши не оттянешь, – обиженно сказала я, в надежде достучаться до его совести. — Хватит гулять, пошли домой!

— Не-е, я попозже приду, – махнул он рукой и убежал за своими друзьями, которые почти скрылись за углом дома, не желая выслушивать мои нотации к их приятелю.

 

Придя домой, Джесси прямиком отправилась в мою комнату и улеглась на своей подстилке возле кровати.

«Умучилась бедная, или тоже испугалась», – подумала я, устало стягивая с себя вещи. Мышцы в ногах от бега тряслись и гудели, словно касались коврика под электрическим напряжением в несколько вольт.

— Ты что-то сегодня поздно? – спросила мама, заслышав меня в коридоре.

— Мы с Джесси хорошо повеселились на поле. Погода была просто прекрасная! – сказала я, входя в зал.

Мама приятно мне улыбнулась. Мы редко с ней виделись, ведь я пропадала то на кухне, то в огороде, то в лесу, а то вообще гулять уйду и приду только ночью, когда все уже спят. Мама как обычно была занята вязанием, это было ее практически основным и любимым занятием. Немного можно придумать дел для лежачего образа жизни. Отец тихо посапывал, уснув сидя в кресле перед телевизором, где шла передача про рыбалку – его обожаемое хобби. По-моему, девяносто процентов мужчин бредят рыбалкой или охотой, и лишь десять процентов считают это увлечение бесполезным.

— Отец там ужин приготовил, поди поешь, – тихонько, чтобы не разбудить мужа, предложила мама.

Я не испытывала ни малейшего чувства голода, хотя за весь день, кроме гороха с поля, во рту не было ни крошки. Видимо сегодняшнее лесное происшествие меня доконало.

«Но было ли оно вовсе? – Вот в чем вопрос!», – спрашивала я саму себя.

— Спасибо мам. Я так устала, что ничего не хочу. Сейчас засыплю ягоды сахаром, чтобы не испортились, и пойду, прилягу. Варенье завтра сварю. Игорь еще гуляет.

— Пусть гуляет – лето же. Потом некогда будет. Поди, отдыхай. Отец сам ягодами займется, я все равно скоро буду его будить. Правда ты никогда так рано не ложилась, наверно и правда сильно устала, – сожалеюще сказала мама.

— А сколько уже натикало?

— Половина девятого.

— Да уж загулялась, – удивилась я. — Не заметила даже, как день пролетел.

— За тобой недавно Ксения заходила, хотела позвать тебя на дискотеку, – предупредила мама, когда я уже направлялась в ванную, принять душ после леса.

— Еще зайдет наверно. Скажи ей, что я сплю. Хорошо?

— Хорошо, дочка.

 

Освежившись, я сразу прошла в свою комнату и легла на кровать. Джесси даже не подняла головы, словно спала: не встала и не понюхала меня перед сном, как делала обычно, желая таким образом спокойной ночи хозяйке. Ее настроение меня слегка настораживало, но беспокоить умученное животное не стала.

Долго ворочаясь в постели и сто раз прокручивая в голове произошедшее, я пропустила момент, когда пришел домой Игорь, лишь услышала как он уже гремел на кухне кастрюлями с ужином. Наконец засыпая, до меня отдаленным эхом донеслись похвалы отца за то, что его дочь набрала так много ягод. Он довольно часто хвалил меня за сделанное, но разговаривали мы с ним тоже очень редко, наверно даже реже чем с мамой. Папа вечно был занят делами по хозяйству и уходом за больной женой, а как только выдавалось свободное время, сразу брал удочки и шел на пруд. Возвращался он довольный и отдохнувший, даже если рыбалка была безрезультатной – ему был важен сам процесс.

 

Следующий день, как и все остальные до самых выходных, ничем особо не отличались от обычных. Я занималась домашними делами, а вечерами гуляла с друзьями. Ничего странного и аномального не происходило. Никто даже не заикался ни о каких-либо необычных происшествиях, словно то, что я видела, мне приснилось. Зато друзья заметили, что их жизнерадостная и целеустремленная подруга стала слишком задумчивой, потому что никак не могла забыть тот клуб пыли и грязи в лесу, так внезапно исчезнувший. С тех пор желания сходить в лес больше не возникало – мной одолевал страх! Мама, заподозрив неладное, спросила:

— Ты почему-то про лес совсем забыла? Раньше через день бегала, и тебе самой было в радость, а с последнего раза прошла уже неделя. Может, случилось что?

— Что-то не хочется, надоело тянуть все на себе.

— Знаю дочка, тебе тяжело, поэтому и не заставляю. Как бы мне хотелось тебе помочь, но я не могу.

У мамы накатились слезы на глаза от бессилия. Мне стало ее очень жалко. Любая мать желает для своего ребенка хорошей участи, и если это не получается, то вызывает такую боль на душе, что сложно сдержать эмоции.

— Мам, все нормально, – поспешила я успокоить ее и так слабое сердце. — Я уже отдохнула и завтра попробую сходить за грибами. Говорят в лесу лисичек очень много.

От одной мысли, что придется идти в лес, мне стало жутко, даже мурашки по коже пробежали. С другой стороны очень хотелось узнать, что же это все-таки такое? Ведь это "нечто" упало в самые грибные места нашего леса, которые известны не только мне. Однако тишина в деревне по этому поводу удивляла.

 

Выйдя вечером на улицу прогуляться с Джесси, я краем уха услышала разговор нашего старенького соседа деда Макара. Он как раз был заядлым лесником.

— «Сегодня ходил за грибами и наткнулся на нечто странное, – услышала я и замерла в ожидании продолжения: — Я часто собирал там грибы и знаю эти места как свои пять пальцев, но в этот раз и шага ступить не мог на знакомую поляну. Деревья вокруг нее почему-то стали более густыми, как стена, через которую нельзя пролезть. Я и пытаться не стал – ушел в другое место».

— «Тебе пора завязывать ходить в лес, у тебя уже старческий маразм с видениями начинается», – пытался вразумить его сидящий рядом дед Владимир из соседнего дома, такой же пожилой, как и дед Макар, только уже ходил опираясь на трость.

«Наконец-то! – обрадовалась я первым необычным новостям. Мне стало очень любопытно. Захотелось побыстрее проверить этот факт. – Завтра точно схожу туда».

Интерес был сильнее страха. Этот вопрос мучил меня всю неделю, мешая спокойно спать. Часто просыпалась ночью, а перед глазами снова и снова всплывала та лесная картина.

Вдруг я услышала звук знакомого мотоцикла.

«О, нет! Тебя только не хватает сейчас на мою голову!» – с досадой простонала я в уме и увидела подъезжающий "Harley-Davidson" – мотоцикл черного цвета, расписанный красно-желтыми языками пламени.

Издавая грубый рев, мотоцикл остановился возле меня. На нем восседал высокий мускулистый парень в черной заклепанной кожаной куртке, светлых специально рваных джинсах и ботинках, похожих на армейские берцы. Шлем был под стать его железному коню – такой же черный и с пламенем, словно специально подобран или сделан на заказ.

Весь вид парня, а звали его Максим (друзья звали просто Макс), напоминал крутого байкера, хотя он им и не являлся, лишь косил под него.

Деревенские ребята считали Максима моим парнем, если это так можно было назвать. Отношения у нас с ним были довольно странными. Он приезжал в село один раз в неделю, а то и реже, к своей тете Барановой Людмиле Григорьевне – учительнице Английского языка местной школы. Я ходила к ней домой на репетиторство, там и познакомилась с ее племянником.

Поначалу Максим мне понравился. Он был не таким, как большинство наших деревенских мальчишек. Их можно разделить на две группы: Одни были маменькиными сыночками, которые без разрешения родителей не могли ступить и шагу в сторону девушки. Другие, а их была большая часть, пили безбожно, потом просто вваливались в сельский клуб и строили из себя крутых парней, типа: «Мы сила!»

Максима тоже считали "крутым перцем", он тоже выпивал, но в пределах разумного, по крайней мере при мне. Друзья его уважали, он был как бы их предводителем.

Общаясь с ним и его друзьями, я поняла, что Максим считает меня своей собственностью, игрушкой. Другие парни боялись даже дыхнуть в мою сторону, поэтому речь о том, чтобы загулять с кем-то кроме Макса отпадала сама по себе. Найти парня в Иваново тоже не было возможности. Во время учебы гулять было просто некогда. Вся неделя – уроки, уроки и уроки, а на выходные возвращалась к родителям. Однако одной быть тоже не хотелось. Все мои подруги были при парнях, кроме Ксюши конечно. Ее мало кто воспринимал всерьез – типичная ветреная блондинка недалекого ума, но очень добрая и отзывчивая. Мне было с ней очень легко общаться, и чаще я общалась именно с ней.

Я стала относиться к Максиму с безразличием, может это заставит его оставить меня в покое, дав тем самым шанс пообщаться с кем-то другим. Однако Максим был очень высокомерен, чтобы замечать мое равнодушие, а может его и так все устраивало. Приходилось терпеть его выходки, пока он конечно не переигрывал. Как только парнишка переходил границы дозволенного, я быстро ставила его на место. Он так и называл меня: «Моя недотрога!»

 

Максим снял мотоциклетный шлем, и его длинные, черные, волнистые волосы рассыпались по плечам. На лице была довольная улыбка, а карие глаза сияли задорным огоньком.

— Привет Красавица, давно не виделись! – радостно приветствовал он меня, я же в ответ выдавила из себя улыбку.

— Привет Макс.

Не слезая с мотоцикла, парень одной рукой притянул меня к себе и игриво чмокнул в губы. Тут же за спиной послышались недовольные причитания пенсионеров.

— «Молодежь совсем распоясалась!»

— «Да, совсем стыд потеряли».

Я отступила от друга на шаг назад.

— Что? И не соскучилась даже? – спросил Максим недовольно.

— Тебе все равно, а мне потом все косточки промусолят эти старперы, – пыталась оправдаться я.

— Неужели тебя это волнует? – удивился он.

Видимо в их районе целоваться и обниматься с девушкой на людях не было зазорным. Здесь же старшее поколение до сих пор живет в эпоху джентльменов, и если что-то было по-другому, то такого человека они считали падшим морально. Уж лучше им не давать повода для обсуждения, а то скоро по деревне пойдут слухи, что я беременна, или еще хуже, что у меня уже есть дети, только я умело их прячу от любопытных глаз.

— Конечно да! – воскликнула я.

— Блин, да ты скоро станешь как они – будешь сидеть с бабулями и щелукать семечки!

— Не пори чепуху! – отмахнулась я от обвинений.

— Не желаешь прокатиться? – вдруг предложил Максим, меняя тему.

— Нет, сегодня что-то не то настроение, и очень устала за день, – заныла я, изображая измученный вид.

— Я зря приехал? Может ты вообще не рада меня видеть? – возмутился парень.

«Может быть» – сыронизировала я молча, а вслух напела оправданий:

— Мне просто завтра рано вставать, я собираюсь в лес за грибами. На дискотеку ходила вчера, но тебя там не было. Так что не надо меня обвинять! Ты приезжаешь, когда хочется тебе, а на мои желания тебе глубоко плевать.

Закончив фразу, я отвернулась разыгрывая обиду, хотя ее не было. Мне хотелось поскорее закончить разговор с Максимом, он отвлекал от болтовни стариков, тема которых интересовала меня сейчас больше всего.

Дружок внял моим просьбам:

— Ну, не хочешь, как хочешь. Заставлять не буду, – равнодушно сказал он. — Поеду, Санька найду. Если передумаешь, то я в клубе, но долго ждать не буду. Я найду как развлечься.

— Я знаю, что ты можешь.

Не обращая внимания на мой саркастический тон, Максим завел свой "Harley" и с буксом умчался прочь, оставив за собой клубы пыли. Мне пришлось задержать дыхание, пока ветер ее не развеял.

«Ни какого уважения!» – подумала я о выходке друга и поспешила снова сделать вид, что гуляю с собакой. Сама же внимательно прислушалась к разговору пожилых людей. К моему счастью они перестали мусолить тему о молодежи и вернулись к необычным случаям в селе.

— «А ты слышал, что на ферме корова пропала?» – спросил дед Макар своего собеседника.

Ферма как раз находилась рядом с тем злополучным лесом. Я навострила уши.

— «Наверно в лесу заблудилась», – ответил старичок Владимир.

— «Да нет, поговаривают, что она исчезла ночью прямо из стойла».

— «Исчезла? У нас что, вор завелся?» – удивленно спросил дед Владимир.

— «Ты что?! Как можно незаметно своровать корову? – возмутился дед Макар. — Моей бабке Матрене рассказала жена Семена – сторожа на ферме. Он делал обход через час после ухода доярок и обнаружил, что одной коровы нет. Причем ни каких свежих следов не было. Ворота были заперты изнутри и цепь висела на месте, словно животное просто испарилось. Остальные коровы ведут себя как-то неспокойно, мычат, куда-то рвутся. Такое ощущение, что их кто-то зовет. А еще слышал, пастухи рассказывали, что на выгуле коров так и тянет в лес, будто там медом намазано».

— «Сказки рассказываешь, Макар. Семен, наверное, сам продал ее за бутылку, потом наплел с три короба. Коровы просто прячутся от солнечного пекла, деньки то сейчас стоят жаркие – не миновать скорой грозы. Пастухам наверное показалось».

— «Ты же знаешь, Семен давно не пьет, у него же язва».

Дальше их разговор пошел о тех, кто пьет, а кто нет, и я решила вернуться домой.

Пол ночи я не спала. Все думала о пропавшем животном:

«Связано ли это исчезновение с тем, что произошло в лесу? Если да, то кто будет следующим – человек? И скорее всего этим человеком буду я. Стоит ли мне завтра туда ходить? Что меня там ждет? – спрашивала я себя, но любопытство так и разрывало меня на части. – А будь что будет, – согласилась я с неизбежностью. – Раз никто, кроме меня ничего не видел, значит так должно быть. Значит только мне судьба предоставила шанс открыть эту тайну, а страх сковывающий меня – это обычный страх перед неизведанным», – с такими мыслями я и заснула.

Ночью мне приснился сон про роботов из фильма "Терминатор", который когда-то видела по телевизору. Я проснулась в холодном поту, когда металлический робот с горящими красным глазами выследил меня в почти полностью выжженной деревне и пытался размозжить мне голову.

«А что если в лесу меня ждут такие же роботы?» – вдруг возник вопрос, вставая с постели. Я потрясла взъерошенной головой отгоняя дурные мысли, умылась и еле расчесала спутавшиеся в клочки волосы, видимо сильно вертелась во сне. После завтрака я спешно собралась, боясь передумать.

— Ты в лес, дочка? – спросила мама сонным голосом.

Я немного расстроилась из-за того, что нарушила покой самого дорогого и родного человека, вроде старалась не шуметь.

— Да мам, схожу, может что-нибудь да насобираю. Ты спи, еще рано. Я выйду тихонько, чтобы никого не разбудить.

— Иди, моя дорогая, иди, – сказала мама зевая.

— Джесси, пошли, – кликнула я собаку, и та было кинулась к двери. — Тш-ш! – одернула я ее рвение.

Джесси тут же успокоилась и подкралась ко мне медленно, не издавая ни единого звука.

— Умница, ты моя! Все то ты понимаешь! – похвалила я любимицу, потрепав за ушами. Выпустила из квартиры и сама вышла следом, бесшумно заперев за собой дверь.

 

Категория: Михайлова Татьяна | Добавил: tanushka1701 (09.06.2019) | Автор: Татьяна Михайлова E
Просмотров: 165 | Комментарии: 4 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 4
avatar
1 Sergey9966 • 05:52, 11.06.2019
Интригующее начало! До развязки, как видно, еще далеко, надеюсь, она читателей не разочарует. А то все в Америке инопланетяне и НЛО всяческие. Нешто полоса российского Нечерноземья менее привлекательна для высадки космических пришельцев, нежели какой-нибудь Техас?
avatar
2 tanushka1701 • 21:46, 13.06.2019
Спасибо)). Надеюсь что заинтересую. только это больше роман чем фантастика, поэтому любителям фантастических боевиков по нраву придется все же Техас)))
avatar
3 Sergey9966 • 13:18, 14.06.2019
Роман - это форма, а фантастика - жанр. Роман может быть в жанре фантастики. Боевик - это тоже форма, боевик может быть комедийным, фантастически-комедийным (вспомните, например, фильм "Пятый элемент"). Там ведь и лирическая есть составляющая, и комедийная, и философская... Если в произведении заявлено о встрече с инопланетными пришельцами, то оно уже содержит фантастическую составляющую.
avatar
4 tanushka1701 • 21:07, 24.06.2019
Спасибо за подсказку. Я всего лишь написала то что шло от души. Хотя в школе терпеть не могла русский, литературу и историю.  больше интересовалась биологией, химией и физикой. Но фантазий в голове всегда много)) вот я и решила изложить на бумаге их. Надеюсь вышло не плохо
avatar